Он вернулся из плена

004

6 апреля 2015 года из плена боевиков были освобождены 16 украинских военнопленных. Среди них оказались как военнослужащие, так и волонтеры.

Сегодня, 8 апреля, в редакции «НК Online» побывал дорогой гость – волонтер Игорь Петренко, священник Украинской Православной Церкви Киевского Партиархата, клирик Сретенского кафедрального собора города Херсона, который вернулся домой из сепаратистского плена. 

Об освобождении священника нам сообщил его двоюродный брат Анатолий Обелец, командир военно-исторического клуба «Каховка»,  позвонив из-под Широкино, где ныне  стоит его 79-я аэромобильная бригада, служить в которую Анатолий Анатольевич ушел добровольцем еще прошлым летом.

Отец Игорь с двумя  скадовскими волонтерами  возвращался домой из Днепропетровска, а на подъезде к Каховке на рассвете 8 апреля,  его встретил младший Обелец, Александр, который также активно занимается волонтерской работой. Супруга Обельца-младшего, которую также зовут Александра, к приезду дорогого  брата испекла красивейший торт с надписью «Слава Украине!», с которым его и встречала – отец Игорь был свидетелем на их свадьбе 23 года назад. Так втроем они и прибыли к нам в редакцию – отец Игорь, Александр и Александра Обельцы, чтобы после короткой беседы тут же отправиться в Херсон, где их ждали супруга и трое деток отца Игоря,  его прихожане  и многочисленные друзья.

Вот что нам рассказал о себе отец Игорь, бакалавр богословия, награжденный грамотой Владыки и медалью «За жертовність і любов до України».

003

Его волонтерская работа началась еще во время прошлогоднего поста, когда он в первый раз отвез вместе с другими  священниками продукты, собранные прихожанами и неравнодушными херсонцами  украинским солдатам 79-й аэромобильной бригады, стоявшим на Чонгаре. Его тогда потрясли  ужасное состояние наших войск, самое главное – моральный дух солдат. Узнал об их проблемах, попросил всех неравнодушных херсонцев о сборе средств и вещей. И принялся помогать, отправляясь в поездку за поездкой, чтобы доставить все, что просили – огнетушители, маскировочные сетки и прочее. Делал все, поясняет отец Игорь, что было в его силах, объединившись с другими волонтерами.  Даже привозил с концертами артистов Херсонского драматического театра. Рассказывает, что служители сцены помогали душевно, я – духовно. Стоит подчеркнуть: самым главным было то, что  отец Игорь нес людям Божье слово, причащал, исповедовал.

Вначале маршруты его путешествий ограничивались Стрелковым и Чонгаром. Потом побывал в Широком Лану, на полигоне, где наши бойцы проходят обучение. Там познакомился с воинами  1-го батальона 28 бригады, пообщался по поводу их проблем и уже вместе с другими волонтерами начал ездить в зону АТО. Бывал в районе Елизаветовки, Марьинки, Константиновки. Передавал продукты, различные нужные на передовой вещи. И опять правил службы, наставляя: нужно быть ответственным, в любой ситуации оставаться человеком, помнить, что оружие – не вседозволенность. Его потом, уже в плену, попрекали: как вы могли благословлять на войну? На что он отвечал: я благословлял на защиту Отечества, потому что отдать жизнь за други своя – это высшая доблесть, проявление высшей любви человечества.

Его бойцы во время служб предупреждали: как засвистит, у вас – всего 8 секунд, чтобы спрятаться в блиндаже  (по позициям украинской армии били «Грады» противника).

001

Перед тем, как ехать в очередной раз в зону боевых действий, в Артемовск, чтобы отвезти продукты и прачечный комплекс для бойцов, он 14 февраля заехал к Обельцам в Новую Каховку поздравить с днем рождения их маму – свою родную тетю. Говорил: поскорей бы вернуться, чтобы на Стретенье попасть в свой храм на  службу. Увы, та поездка растянулась на долгих почти два месяца.

Он до сих пор не знает, почему на нашем блок-посту возле Елизаветовки их с товарищем не предупредили, что следующий блок-пост у Еленовки – уже сепаратистский, а село захвачено ополченцами (противника он называет именно так, объясняя это тем, что никого не хочет унижать).

К тому времени их мини-поезд из двух автомобилей разделился, и  машина Игоря Петренко оказалась на  занятой территории.  Ему с товарищем приказали выйти, лечь на землю и завести руки за голову. О том, что произошло дальше, он рассказывает неохотно – начался ад. Его избивали ногами, стараясь поломать ребра, прыгали на спину, вбивая тело в землю. Спустя два месяца до  сих пор  с  его тела еще не  сошли все синяки, а зубы болят от побоев. Отец Игорь удивляется: как их ему не повыбивали? Он просто мысленно воззвал в тот страшный час своей жизни к Господу Богу и надеялся только на его помощь. То, что у него отобрали телефон, фотоаппарат, ноутбук, около 3-х тысяч гривен,  считает  мелочью, потому что знает: грабили его местные уголовники из тех, кому война – мать родная.  Он лишь просил, чтобы отдали антиминс – священную для любого верующего вещь.

005

Потом наших волонтеров засунули в багажник, привезли в какой-то населенный пункт, посадили в подвал, допрашивали. Пугая,  стреляли  возле уха, и каждый миг жизни казался последним.  А дальше переправили в самое страшное место в Донецке – подвал телецентра, где находится служба безопасности «Оплота». Здесь он сидел с нашими ребятами, воевавшими в Донецком аэропорту, которых в Украине называют киборгами.  Последнее место заключения –  донецкая «избушка» (так  на слэнге  военнопленных называется здание, которое занимало Донецкое управление СБУ). Здесь, рассказывает отец Игорь, условия были получше, его уже признали военнопленным и он был первым в списке на обмен  – в Украине был задержан монах-сепаратист, собиравший сведения для противника, на которого его, как и собирались, в конечном счете обменяли.

Отец Игорь неохотно вспоминает дни плена: сидели в полной темноте, общались шепотом,  а обращались с ними по-разному. Хотя и кормили, но новенькие ополченцы, охранявшие их, поначалу смотрели с большим подозрением. А наши ребята там шепотом пели… гимн Украины.

Потом он уже и службу правил. Ему передали нужное и даже вино, как считает, от церкви Московского патриархата, за что просто благодарит тех добрых людей, мол, без разницы, пусть Господь благословит их за это доброе дело. Сидевшие вместе с ним пленные приговаривали: батюшка, вы извините, но мы так рады, не тому, что  вы попали в плен, а тому, что вы – вместе с нами!

002

Его водили на допросы: чего, мол, пришел на нашу землю? Попрекали, что украинская армия обстреливает жилые кварталы…

Пришло время, когда разрешили позвонить домой, а потом 16 человек погрузили в автобус и повезли на блок-пост куда-то под Курахово. За ними прибыл офицер СБУ, причем без оружия,  проверил наличие по списку. Воодушевленные бывшие военнопленные предложили: может, споем гимн Украины? Тот поостерег: давайте  отъедем!

Вернувшийся на Благовещенье домой отец Игорь, которого доставили в Харьков, где он отказался от госпитализации, а потом – в Днепропетровск, печалится об одном: хотя ополченцы и говорят, что наших  в плену у них нет, но в том месте, где он был, их томится еще  33 человека,  а всего, по данным разведки, около 250-и бойцов.

Записала Тамара Путилова